Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход

Тиль Швайгер - актер, сценарист и режиссер

Интервью с Тилем Швайгером (на русском) - Босиком по мостовой: история создания.



ПРОИЗВОДСТВЕННЫЙ ПРОЦЕСС

Начало фильма «Босиком по мостовой» восходит к 1998 году, когда Тиль Швайгер в поисках нового киноматериала натолкнулся в США на сценарий «Barefoot». Это была невероятная история в жанре road-movie о том, как некий молодой шалопай вступает в конфликт с преступным миром и надеется заплатить свои долги с помощью богатых родителей, которых знакомит со своей мнимой невестой, являющейся, на самом деле, пациенткой психиатрической лечебницы.

В сценарии были стиль, и класс, и юмор, так нужные тогда Швайгеру. Но было в нём и нечто большее, почти сказочное: честность, нежность и глубина в изображении отношений главного героя и похищенной девушки, которая босиком странствует по свету, отстаивая своё право на свободу.

Планам снять фильм на английском языке не было суждено реализоваться, но сценарий остался в собственности Тиля Швайгера. В последующие годы Швайгер был очень занят съёмками в Германии и построением карьеры в США, но этот проект всё больше его затягивал и стал настоящей мечтой. Судьба «Босиком по мостовой» была решена в Ирландии. «Лучшее, что мне дали съёмки в «Короле Артуре», - это долгое – неделями – безвылазное пребывание в сельской местности в Ирландии, - вспоминает Тиль Швайгер. – Мы должны были лишь время от времени выезжать на съёмки, не покидая при этом Ирландию, и я использовал свободное время для работы с моим соавтором Янном Пройсом. Другие актёры жили в Дублине и тратили каждый день по полтора часа, чтобы добраться до съёмочной площадки, а я снял дом поблизости и выиграл много времени. За три недели моего пребывания в Ирландии я вместе с Янном написал окончательную концепцию. Он вернулся в Берлин, а я вечером сел и ещё раз перечитал готовый вариант. И сразу ощутил необыкновенное удовлетворение.

Я тут же позвонил Яну и сказал ему: «Слушай, на этот раз получилось. Это будет настоящий хит». Я испытывал огромное облегчение».

Продюсер Том Циклер, ранее работавший вместе с Тилем Швайгером над фильмами «Достучаться до небес» (Knockin’ On Heaven’s Door) и «Der Eisbaer» отмечает: «С этого момента сценарий начал свой путь на экран. Было принято правильное решение: Тиль не использует Лайлу в своих целях, а девушка по своей воле отправляется с ним в путь. Именно после этого действие стало разворачиваться в правильном направлении».

Между тем, это была совсем не та гангстерская история, которая когда-то понравилась Швайгеру. Его гораздо больше интересовали отношения безответственного, но обаятельного шалопая Ника и пугливой одинокой Лайлы. Он отмечает в этой связи: «Когда тебе сорок один год, гангстерские комедии больше не так привлекают. Может, позже я к ним ещё вернусь в роли злодея. Но сейчас настало время для чего-то нового. Я просто почувствовал, что для меня время таких фильмов прошло». Швайгер принял ещё одно важное решение: фильм должен сниматься в Германии на немецком языке немецкими продюсерами. Так из «Barefoot» появился «Barfuss».

Продюсер Том Циклер вспоминает: «В первый раз я прочитал сценарий на самой ранней стадии. Он мне понравился, но слишком напомнил прежние работы Тиля. Когда он вернулся в Германию и я узнал, что это будет немецкий фильм, я сразу присоединился к команде Швайгера».

Впрочем, Циклер подчёркивает универсальность рассказываемой ими истории: « «Босиком по мостовой» - сказка в широчайшем смысле этого слова, как и «Достучаться до небес». Ведь и в том случае трудно было себе представить, что два взрослых человека, живущих в Европе, ни разу не были на море. Но каждый понимал, что их желание увидеть море означает нечто большее. Поэтому такой фильм и срабатывает. «Босиком по мостовой» функционирует таким же образом: его действие происходит в выдуманной Германии. За исключением одной единственной сцены, мы не уточняем, о какой стране идёт речь. Ясно только, что это путешествие, в результате которого с нашими героями происходят принципиальные изменения. Прочие привязки к территории не оказали бы на действие никакого влияния».

После того, как компания Buena Vista с воодушевлением взялась прокатывать «Босиком по мостовой» и нашлись спонсоры, стало ясно, что долгий подготовительный период только сыграл на руку создателям фильма. Тиль Швайгер так долго носил фильм в себе, что теперь наизусть знал каждую сцену, каждую строчку и каждого персонажа. Более того – он точно знал, как воплотить свой замысел на экране. Знал в мельчайших деталях, каким должен быть монтаж, освещение и даже музыка. Том Циклер вспоминает в этой связи: «Задолго до начала съёмок Тиль разработал точную концепцию цветового и светового решения. Он точно знал, что ему нужно. И, естественно, настаивал, чтобы все его указания выполнялись».

Оператор Кристоф Валь и художник-постановщик Жером Латур помогли ему выработать особый, насыщенный визуальный ряд фильма. Они решили снимать только при искусственном освещении. «Для каждой сцены мы подготовили чертёж, из которого было ясно, в каком количестве и какие лампы нам нужны, где их расположить и как провести кабель, - рассказывает Циклер. – Получилась чудовищно толстая стопка. Порой для освещения длинных коридоров психиатрической клиники мы задействовали 30 двенадцати киловатных ламп. Для одного только освещения требовались огромные технические и человеческие ресурсы: десять человек для установки, десять осветителей и десять человек для размонтирования. Мы использовали шесть генераторов, лишив целый Кёльн электричества и света и устраивали настоящие челночные поездки на заправку за дизелем для генераторов».

Особенно сложными оказались съёмки на мосту Оберкасслер в Дюссельдорфе. Там пришлось заменить все лампы, поскольку они не соответствовали концепции освещения и светили не так, как нужно. Но этим проблемы не исчерпывались. Том Циклер отмечает: «К примеру, Тиль не хотел видеть в своём фильме зелёный цвет, что было совсем непросто, поскольку съёмки проходили летом. Нам пришлось изрядно постараться, чтобы как можно точнее выполнить пожелания Тиля. Нам очень помогло то, что уже за пять недель до съёмок в нашем распоряжении был осветитель, с которым мы могли спланировать весь фильм. Когда известно, где что должно стоять, это не избавляет от проблем с организацией и монтажом, но работа идёт чётче и быстрее. Если начало съёмок было запланировано на 9 часов, мы могли быть уверены, что в девять часов одну минуту съёмки действительно начались. Всё стояло на своих местах. Наши старания оправдали себя: визуально фильм смотрится просто фантастически».

В акустическом оформлении Швайгер также хотел достичь идеала. «Я просто видел весь фильм перед собой, - вспоминает режиссёр. – Когда я писал сценарий, я не только представлял себе освещение, но и слышал музыку. Её стиль мне стал понятен уже полтора года тому назад. С нашем композитором Дирком Райхардом я повстречался задолго до начала съёмок. И когда заработали камеры, у меня уже были первые музыкальные наброски и даже законченные темы, то есть наша, оригинальная музыка, создающая нужное настроение. К этому времени я подготовил и музыку со стороны, которая будет звучать в фильме. Это песня Дайдо из её последнего альбома. Я её услышал, когда диск только поступил в продажу, и сразу подумал, что именно эта музыка должна сопровождать сцену, когда Лайла преследует Ника по городу. Слава богу, что нам удалось заполучить эту песню».

Самая серьёзная проблема, с которой пришлось столкнуться создателям фильма, была не технического свойства. Почти до самого начала съёмок было неясно, кто сыграет вторую важнейшую роль – Лайлу. «Мы просмотрели многих актрис, но не могли ни на ком остановиться, - объясняет Том Циклер. – Последней в этом списке была Йохана Вокалек. У неё были пробы в театре Бург в Вене, и мы купили ей за свой счёт билет на самолёт, хотя к тому времени наш бюджет ещё не был утверждён. Мы не сразу на это решились, поскольку в нашем распоряжении были лишь несколько сцен из «Hierankl» и фотографии. Но и они произвели на нас сильное впечатление».

И далее: «И вот в последний момент мы её заполучили, и Тиль на пробах гнал Йохану от одной сцены к другой, не давая ей никаких советов и не позволяя повторять. Следующая сцена – снято! Следующая сцена – снято! И я подумал, что после всех волнений ему просто всё надоело. А он тогда наверняка думал, что попал в точку. Вечером мы ещё раз просмотрели снятый материал, и поняли, что Тиль прав: на роль Лайлы подходила только Йохана».

Оглядываясь назад, Тиль Швайгер признаёт, что решение снимать «Босиком по мостовой» далось ему не просто. «Я всё-таки здорово трусил, - отмечает актёр. – У меня было много времени для размышлений, и, соответственно, для сомнений. Тут было от чего сдрейфить. Но потом так получилось, что я случайно – впервые за последние пять лет! – посмотрел «Der Eisbear». Многое мне не понравилось, и многое я бы изменил. Но там были места, которые меня тронули, которые я бы и сейчас снял точно так же просто потому, что они мне нравятся. И я опять почувствовал себя уверенно, как будто услышал: «Ты сможешь, у тебя получится»».

Предполагалось, что съёмки (прежде всего в Кёльне и его окрестностях) продлятся 38 дней. «В конце концов вышло всего 40 дней, - говорит Том Циклер, - но погода здорово подмочила наши счета. По фильму это не видно, но на самом деле на протяжении всех съёмок у нас был всего один солнечный день, и мы всё время вынуждены были бороться с плохой погодой. Но уж поверьте: этот единственный солнечный день мы использовали на всю катушку».

Создатели «Босиком по мостовой» гордятся соотношением снятых и вошедших в фильм сцен. «У нас была ещё пара снятых и, в общем-то, прекрасных сцен, - отмечает Циклер. – В одной из них Надя Тиллер во время свадьбы обнаруживает запертую Тилем в шкафу Жанин Кунцэ. Очень смешная сцена, но во время монтажа мы пришли к выводу, что в этот момент зрители эмоционально не в состоянии разлучиться с Ником и Лайлой. Поэтому эта сцена только замедляла бы действие фильма, и мы её вырезали. В общем и целом можно сказать, что в фильм вошло практически всё, что мы сняли. Мы получили примерно два часа пятнадцать минут сырого материала, а готовый фильм длится 110 минут. Некоторые сцены мы тоже укорачивали».

Тиль Швайгер уделял особое внимание атмосфере, царившей на съёмках. Всем было предложено творчески участвовать в производстве фильма и предлагать свои идеи. «Нельзя забывать, что у меня была фантастическая команда, которая сделала даже больше, чем могла, - рассказывает Тиль Швайгер. – Конечно, так говорят все режиссёры. Но наши отношения действительно были удивительно творческими и гармоничными. И я всё время просил их не стесняться и выдвигать свои предложения. Ведь весь фильм был у меня в голове, и я мог мгновенно решить, что для нас подходит, а что нет».

Том Циклер вспоминает ещё об одном факторе, благодаря которому на съёмках установилась семейная атмосфера: «Нам очень помогло то, что на съёмках присутствовали дети Тиля и мой сын. У них был свой вагончик, набитый игрушками, и они весь день играли, а вечером мы всегда разводили с ними костёр и могли там с ними ночевать. Для них это было настоящее приключение, а для нас большая радость».

Циклер подводит итог: «Без сомнения, каждый фильм требует больших усилий. Но «Босиком по мостовой» действительно стал чем-то совершенно особенным для всех, занятых в съёмках. Мы очень скоро это поняли. Чтобы воодушевить свою команду, Тиль по ночам обрабатывал снятый материал и на следующий день показывал актёрам. И увидев, как здорово всё получилось, они старались по-настоящему». Услышав вопрос о том, гордится ли он результатом, он ненадолго задумывается. Его голос тих, и глаза блестят. «Это экзамен на зрелость. Это мой лучший фильм».

ИНТЕРВЬЮ С ТИЛЕМ ШВАЙГЕРОМ.

Что вам приходит в голову, когда вы слышите слово «Босиком»?

—Теперь это слово неотделимо для меня от моего фильма. Можно сказать, что этот проект означал осуществление моей мечты – может быть, потому, что он так долго готовился. Ещё в 1998 году я обнаружил в США первоначальный сценарий и сразу же приобрёл на него права. От того сценария постепенно осталась только основная идея, но я так и остался у него в плену. Сначала я хотел снимать фильм в США и выступить только в роли его продюсера. Но чем больше я им занимался, тем больше мне хотелось стать его режиссёром и сыграть главную роль.

Что произошло дальше?

—Вместе с Янном Пройсом я засел за немецкий перевод. Мы несколько лет подряд вновь и вновь возвращались к этой работе. С каждым новым вариантом сценарий всё больше принимал новый вид. Долгое время казалось, что по финансовым причинам фильм вообще не может быть снят. Когда эти проблемы были устранены, я задумался, кто мог бы быть нашим прокатчиком. Я не мог не вспомнить замечательную работу, которую Buena Vista International проделала с нашим фильмом «Достучаться до небес» (Knockin’ On Heaven’s Door), и решил, что от добра добра не ищут. Buena Vista – лучший прокатчик из всех, с кем я имел дело, и с ними я чувствую себя в надёжных руках.


Как бы вы охарактеризовали «Босиком по мостовой»?

—«Босиком по мостовой» - кинофильм с ударением на «кино». Для меня это фильм о любви, фильм, который апеллирует к чувствам, как все хорошие фильмы. При этом он смешит и развлекает зрителей, что для меня тоже важно. Но в своей основе это фильм о любви. Это самый важный мой фильм после «Достучаться до небес». Не только потому, что я так долго над ним работал и был занят под завязку на всех фазах его возникновения. «Босиком по мостовой» вдохнул в себя дух «Достучаться до небес», но в нём меньше дурачеств. Это мой самый взрослый фильм, который выражает всё то, что мне сейчас важно как режиссёру, актёру и человеку.

Вы откровенно порываете с гангстерскими комедиями, которые принесли вам известность…

—Это, несомненно, связано с моим взрослением. Я стал старше и смотрю на жизнь глазами отца четырёх детей. Об этом можно судить по изменению и развитию моих пристрастий в кино. Я по-прежнему боготворю Квентина Тарантино, и «Криминальное чтиво» остаётся для меня недосягаемым идеалом. Но некоторые сцены я больше не могу смотреть. Например, когда он в «От заката до рассвета» держит пистолет у головы ребёнка. Я никогда не смог бы проделать такое даже в кино. Моя жена мне всегда говорила: «Тиль, ты должен снимать другие фильмы». «Босиком по мостовой» и есть попытка фильма, который отличается от моих прежних работ, но всё же, безусловно, является именно моим фильмом. Его движущие силы – чувства, юмор, герои. Всё это было очень важно для меня».


И всё же параллели с «Достучаться до небес» очевидны.

—В основу «Босиком по мостовой» положена классная идея, как и тогда в «Достучаться до небес». То есть некая концепция с сильным поэтическим звучанием. От этого действительно не так просто уйти. Я рассказываю о совершенно безответственном эгоисте, который махнул на себя рукой и не заботится о других. В плохих отношениях с семьёй есть и его вина. По ходу фильма он учится ценить собственную жизнь, и через это - нести ответственность за другого человека. Он знакомится с удивительной девушкой Лайлой, совершеннейшим ребёнком по натуре. Я вижу в ней своих детей – она так обезоруживающе чиста и честна, настоящий ангел.


Нельзя не заметить поразительную эмоциональность фильма.

—Я знаю мой фильм наизусть. Я так долго над ним трудился, менял сцены местами, вырезал и вставлял, что могу проиграть его в обратном порядке. И тем не менее, он каждый раз меня глубоко трогает. Одни места вызывают у меня смех, другие - слёзы. И так каждый раз.

Вы посвятили фильм своему отцу. Почему?

—Он дал мне совет, который лёг в основу окончательного варианта сценария. Он образованный человек, не имеющий к кино никакого отношения. Но, прочитав сценарий, он обратил моё внимание на нечто очень существенное. Благодаря его предложению полностью исключить определённый элемент сюжета, игравший до этого важную роль, «Босиком по мостовой» стал именно тем фильмом, каким он должен был быть, фильмом, который я, в сущности, и хотел снять. Фильмом о такой чистой любви, что мы смогли обойтись без единого поцелуя. Сказкой, которая трогает зрителей за живое. Фильмом, которым я горжусь».

ИНТЕРВЬЮ С ЙОХАННОЙ ВОКАЛЕК

Лайла – совершенно необычная героиня. Была ли необычной и работа над этой ролью?

—Необычность состояла в том, что мне надо было представить себе, что я многие вещи проделываю первый раз в жизни, как это происходит с детьми. Это было особое событие, особый опыт, потому что мы воспринимаем большинство вещей в нашей жизни как нечто само собой разумеющееся. И я оказалась в привилегированном положении, получив возможность открывать эти вещи заново.


При этом Лайла не только по-детски наивна и ангелоподобна, но и очень женственна. Как вам как актрисе удавалось совмещать эти полюса?

—Я не могу ответить на этот вопрос исчерпывающе. Я могу только сказать, что я снова и снова старалась представить себя в положении человека, открывающего определённые вещи в первый раз. Всё остальное, то есть конфликт, напряжение, возникало само собой: когда Лайла видит этого мужчину и решает за ним следовать, причём босиком, то в этом она проявляет себя как самая настоящая женщина. Когда она в него влюбляется, хотя и очень своеобразно, по-своему, то ведёт себя совершенно по-женски. Всё зависит от конкретной ситуации, и это помогает лучше понять героиню».


Помните, что вы почувствовали, в первый раз прочитав сценарий?

—И даже очень хорошо. Я помню, что я его очень быстро прочитала и, читая, всё время посмеивалась. Для меня это символично в отношении всего фильма. Здесь юмор не такой «зубодробительный», как во многих немецких фильмах, а скорее тихий и приятный. И мне это очень понравилось. По сценарию заметно, что эта история близка Тилю и что он над ней много работал. Замечательно, что все мы получили возможность почувствовать воочию, как дорог этот фильм для Тиля, и вместе с ним осуществить его мечту. На протяжении всех съёмок я снова и снова убеждалась, как много души он вкладывает в этот материал. И мне в очередной раз стало ясно, что именно так мы всегда и должны работать. Роли, которые мы играем, фильмы, которые мы снимаем, - всё мы должны делать с душой. Или выбрать для себя что-то другое.

Чем вам так приглянулась Лайла?

—Мне кажется, мне по-настоящему повезло с этой несовременной историей и несовременной героиней. Мне нравится, что она не от мира сего и так наивна. За этим стоит непоколебимый оптимизм. Я надеюсь, что зрители снова хотят смотреть такие фильмы. Наш фильм не заставляет зрителей перенапрягаться, а просто приглашает их насладиться походом в кино и этой историей. В «Босиком по мостовой» есть всё, что нужно хорошему фильму: любовь, юмор и трагизм. Мне нравилось, играя Лайлу, переходить в другое измерение, позволяя себе по-настоящему опускаться и нарушать приличия. Ведь все мы хотим испытать что-то новое, открыть мир заново. Я увидела мир Лайлы её глазами, и это замечательно.


Чему вы научились у Лайлы?

—Благодаря этой роли мне стало понятно, как можно радоваться самым простым вещам. Лайла живёт в мире, в котором для счастья не так уж много надо. Мне очень нравится её детская непосредственность. Впрочем, дети быстро учатся манипулировать другими людьми, но Лайле это совершенно не свойственно, что также придаёт фильму лёгкую сказочность. Она – чистое, непорочное создание, настоящий ангел. Я наслаждалась работой над этой ролью под руководством Тиля, и с удовольствием вспоминаю о том времени. Не хочу о нём забывать – ведь съёмки это часть нашей жизни.

Как вам понравился Тиль Швайгер в качестве режиссёра?

—В первый раз моим режиссёром был актёр. Это облегчало мне многие задачи. Если что-то требовало доработки, мы могли объясняться напрямую. Нам не надо было много говорить, потому что и я, и он знали, о чём идёт речь. У Тиля есть одна особенность: если уж он на что-то решился, то доведёт дело до конца. Таких людей не так уж много. Мне понравилось также, что он всегда был рад выслушать наши предложения. Когда у актёра есть толковая идея, он сразу за неё хватается. Мне такой стиль работы был незнаком. Никогда ещё мой партнёр не был одновременно и моим режиссёром. Но мне это очень понравилось. Для меня как актрисы важны не только роли и материал. Меня интересует также, с какими людьми я работаю и с кем я встречаюсь на съёмках. Поэтому я могу сказать, что «Босиком по мостовой» стал для меня настоящим событием.

Кастинг тоже был настоящим событием?

—Я очень хорошо всё помню. Я была единственная женщина в окружении шестерых мужчин, которые смотрели, что я делаю. Меня слегка удивило, как быстро Тиль переходил от одной сцены к другой. Я могу себе представить, что думали остальные: ему совершенно неинтересно, и он хочет поскорее с этим покончить. Но я поняла, что таков его стиль кастинга и не особенно волновалась, потому что с самого начала чувствовала, что между нами царит гармония и мы подходим друг другу.

Трудна ли была для вас подготовка к фильму – ведь Лайла в начале находится в психиатрической клинике…

—Этот аспект не играл для меня никакой роли. И для нашей истории он важен только в начале. Гораздо сложнее было изобразить её неведение. Я старалась решить проблему с помощью фантазии, и Тиль мне в этом помогал. Ему стоило мне сказать: «Фактор Лайлы», и я сразу понимала, что к чему. Если и это не помогало, мы начинали сначала.


Как важно для вас то, что ваша героиня ходит босиком?

—Для меня это прекрасное зрелище. Мне понравилась, что таким образом подчеркивается свободолюбие Лайлы, которая не хочет заточать свои ноги в обувь. Есть в её босоногости и что-то очень чистое. Эта деталь очень важна для моей роли. Она помогала мне при игре, потому что означала полный выход за общественные нормы поведения, но без фальшивого бунтарства.

Как бы вы описали «Босиком по мостовой» в нескольких словах?

—Большое кино с душой, затрагивающее чувства зрителей. Каждый что-то оставит себе на память от этого короткого путешествия вместе с героями, и к нему перейдёт частичка того ощущения полноты жизни, которым переполнен фильм. «Босиком по мостовой» так долго от себя не отпускает, что ещё пару дней после его просмотра мир воспринимается иначе, чем всегда.

Источник: www.geminifilm.ru


Просмотров: 5868 | Комментарии: 2 | Рейтинг: 5.0/21 | |




Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]